Круглый стол "Проблемные вопросы цессии и перевода долга".

Уже несколько лет действует новая редакция Главы 24 ГК о перемене лиц в обязательстве. В то же время ряд важных практических вопросов уступки требований и перевода долга до сих пор вызывают жаркие споры в науке и судебной практике. 1 июня 2018 года вступит в силу ряд новелл Главы 24 ГК. Настоящий научно-практический круглый стол посвящен разбору таких проблемных вопросов и новелл.


Просмотр видеозаписи данного круглого стола не требует оплаты, но организаторы круглого стола призывают всех, кому данное видео показалось полезным, внести любую посильную сумму на спасение детских жизней напрямую в  Фонд «Подари жизнь»

 

Программа

 

1. Есть ли основания отделять распорядительную сделку цессии от договора, на основании которого происходит уступка?

2. Каузальный или абстрактный характер уступки: зависит ли действительность перехода обязательственного права от действительности договора, на основании которого происходит уступка? Целесообразно ли выведение принципа защиты добросовестного приобретателя обязательственного права в рамках традиционной для российского права каузальной модели (по аналогии с правилами ст.302 ГК о защите добросовестного приобретения вещи)? Что может выступать аналогом передачи владения вещи в ситуации, когда речь идет о цессии для обоснования защиты видимости права?

3. Определение момента перехода требования в ситуации уступки требования до наступления отлагательного условия (в том числе условия права), а также требования об исполнении обязательства до момента осуществления встречного исполнения (например, требования по оплате еще не поставленного товара). Должны ли в таких ситуациях применяться правила ст.388.1 ГК о моменте перехода прав при уступке будущего права?

4. Проблема «двойной уступки»: как защитить цессионария от недобросовестных действий цедента, который выражает волю на уступку требования, которое он ранее уступил другому лицу, или после уступки требования данному цессионарию задним числом составляет сделку уступки того же требования другому лицу? Логичен ли п.4 ст.390 ГК?

5. Логичны ли правила ГК о последствиях нарушения договорного запрета уступки? Не разумнее ли было установить ничтожность уступки в нарушение договорного запрета при недобросовестности цессионария? Есть ли основания поддерживать норму ст.388 ГК, блокирующую аннуляцию уступки денежных требований вопреки договорному запрету на уступку? Возможна ли в каких-то ситуациях недействительность уступки денежных требований в нарушение договорного запрета на уступку?

6. Как работают правила об уведомлении должника об уступке при уступке будущего требования? Как защитить должника на случай доставки ему уведомления об уступке от цессионария? При каких условиях такое уведомление может считаться надлежащим?

7. Что понимать под основанием для выдвижения возражений, упомянутым в ст.386 ГК? Можно ли считать, что любые возражения, вытекающие из договора между цедентом и должником, могут быть противопоставлены должником цессионарию, независимо от того, что непосредственные условия для «созревания» возражений возникли после уведомления должника об уступке?

8. Как следует оценить вступающую в силу летом 2018 года новеллу ГК об обязанности должника раскрыть цессионарию свои возражения в разумный срок после получения уведомления об уступке под страхом утраты таких возражений?

9. Как следует оценить вступающую в силу летом 2018 года новеллу ГК, допускающую исключение ответственности цедента за действительность уступаемого права ?

10. Логичны ли правила ст.412 ГК о блокировании права должника заявлять против требований цессионария зачет на основе своих требований к цеденту, основания которых возникли до получения уведомления об уступке, но срок исполнения которых к этому моменту еще не наступил? Не нарушает ли такое регулирование фундаментальный принцип неухудшения положения должника при уступке?

11. Необходима ли государственная регистрация уступки и перевода долга, если уступаемое требование (переводимый долг) вытекают из договора, прошедшего государственную регистрацию? Как в этом контексте применяется п.3 ст.433 ГК?

12. Чем кумулятивный перевод долга по ст.391 ГК (с трансформацией долга должника в солидарный долг старого и нового должника) отличается от отношений по поручительству?

13. Возможно ли предварительно данное абстрактное согласие кредитора на перевод долга на любого должника?

14. Какова судьба перевода долга в ситуации отсутствия согласия кредитора на момент перевода долга, но последующего прямого или конклюдентного одобрения кредитором состоявшегося ранее перевода долга?

Лекторы:

  • Сарбаш Сергей Васильевич
    д.ю.н., начальник отдела общих проблем частного права Исследовательского центра частного права им. С.С. Алексеева при Президенте РФ

    Церковников Михаил Александрович 
    к.ю.н., доцент Исследовательского центра частного права при Президенте РФ;

    Байбак Всеволод Владимирович
    к.ю.н., доцент, партнер Адвокатского бюро «Юсланд»

    Башкатов Максим Леонидович
    преподаватель кафедры гражданского права Юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, магистр частного права, ответственный редактор журнала "Вестник гражданского права", ведущий научный сотрудник Международной лаборатории права и развития ВШЭ-Сколково, советник финансовой практики Юридической фирмы "Надмитов, Иванов и партнеры"

    Ягельницкий Александр Александрович 
    к.ю.н., доцент кафедры гражданского права юридического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова

    Карапетов Артем Георгиевич
    д.ю.н., директор Юридического института «М-Логос», профессор Высшей школы экономики, главный редактор журнала «Вестник экономического правосудия»